Социально ориентированный нефинансовый институт развития, крупнейший организатор общероссийских, международных, конгрессных, выставочных, деловых, общественных, молодежных, спортивных мероприятий и событий в области культуры.

Фонд Росконгресс – социально ориентированный нефинансовый институт развития, крупнейший организатор общероссийских, международных, конгрессных, выставочных, деловых, общественных, молодежных, спортивных мероприятий и событий в области культуры, создан в соответствии с решением Президента Российской Федерации.

Фонд учрежден в 2007 году с целью содействия развитию экономического потенциала, продвижения национальных интересов и укрепления имиджа России. Фонд всесторонне изучает, анализирует, формирует и освещает вопросы российской и глобальной экономической повестки. Обеспечивает администрирование и содействует продвижению бизнес-проектов и привлечению инвестиций, способствует развитию социального предпринимательства и благотворительных проектов.

Мероприятия Фонда собирают участников из 208 стран и территорий, более 15 тысяч представителей СМИ ежегодно работают на площадках Росконгресса, в аналитическую и экспертную работу вовлечены более 5000 экспертов в России и за рубежом.

Фонд взаимодействует со структурами ООН и другими международными организациями. Развивает многоформатное сотрудничество со 173 внешнеэкономическими партнерами, объединениями промышленников и предпринимателей, финансовыми, торговыми и бизнес-ассоциациями в 78 странах мира, со 179 российскими общественными организациями, федеральными органами исполнительной и законодательной власти, субъектами Российской Федерации.

Официальные телеграм-каналы Фонда Росконгресс: на русском языке – t.me/Roscongress, на английском языке – t.me/RoscongressDirect, на испанском языке – t.me/RoscongressEsp. Официальный сайт и Информационно-аналитическая система Фонда Росконгресс: roscongress.org.

Вход в Единый личный кабинет
Восстановление пароля
Введите адрес электронной почты или телефон, указанные при регистрации. Вам будет отправлена инструкция по восстановлению пароля.
Некорректный формат электронной почты или телефона
Статья
14.06.2022

Новый мир – новые возможности

Россия столкнулась с крупнейшим вызовом со стороны коллективного запада, по крайней мере с момента окончания второй мировой войны. Эта ситуация окончательно похоронит однополярный мир. Для того чтобы занять достойное место в новых реалиях, нашей стране необходимо в кратчайшие сроки провести масштабную перестройку всей экономики и развивать международное сотрудничество с теми, кто готов к конструктивному диалогу.

Санкции Запада, введенные против России после начала спецоперации на Украине, оказались беспрецедентными за всю историю человечества. На конец апреля их число достигло почти 10 тысяч.

Наиболее масштабным ограни­чениям подверглась финансовая система нашей страны. Из более чем $600 млрд золотовалютных резервов половина оказалась заблокированной на территории иностранных госу­дарств. Под санкции попали Центро­банк и ряд ведущих банков, многие из них оказались отрезаны от между­народной системы межбанковских каналов связи SWIFT. По сути Россию попытались лишить доступа к меж­дународным финансовым рынкам, а значит, и зарубежных инвестиций в экономику.

Пострадали целые сектора эко­номики: энергетический, транс­портный, технологический. И даже потребительский, хотя инициаторы санкционной политики не пере­ставали уверять, что их действия не направлены против обычных граж­дан. Здесь ситуацию усугубило то, что многие западные компании объявили об уходе или приостановке деятельно­сти в России — таковых насчитывается уже более 600. Некоторые, правда, заявили, что готовы вернуться «при изменении обстоятельств» и даже продолжили выплачивать зарплаты сотрудникам. Часть фирм сменила собственников на российских и оста­лась на рынке либо под собственным брендом (как, например, популярная сеть строительных магазинов OBI), либо провела ребрендинг. Это явно доказывает, что позиция бизнеса далеко не столь категорична, как ло­зунги западных политиков.

Назло экономике

Ограничения против России впервые серьезно ударили по их инициа­торам. Запад, привыкший к тому, что давление на небольшие страны не слишком влияет на развитые государства, просто не предусмо­трел, чем для него самого обернется попытка исключить из мировой си­стемы одну из ее ведущих экономик. Неслучайно некоторые члены ЕС — Венгрия, Словакия и даже Чехия — выступают против ужесточения санкций в энергетическом секторе.


Рост цен на энергоносители, на­чавшийся еще перед отопительным сезоном 2021/2022 годов, усугубился после введения ограничений в отно­шении российского экспорта. Стои­мость газа в Европе превысила $1000 за 1 тыс. куб. м, а плата за электриче­ство и отопление увеличилась в три раза, что привело к непредвиденным расходам в бюджетах домохозяйств. После того как Россия ввела оплату в рублях за экспортируемые энерго­носители, странам Запада приходит­ся искать лазейки в собственном же санкционном режиме, чтобы баналь­но не замерзнуть следующей зимой.

Стоимость бензина в большин­стве стран ЕС пробила вверх психологическую отметку €2 за литр, а в США — $4,5 за галлон (4,5 литра). Это примерно в полтора раза выше, чем год назад. Соответственно вы­росли цены на продукты, инфляция составила от 8% до 30% по отдельным категориям товаров с перспективой стать вообще неконтролируемой.


Попытки Европы найти аль­тернативу российским поставкам газа пока успехом не увенчались. Ведь речь идет о замене 155 млрд кубометров ежегодно, и переори­ентация на других поставщиков потребует перераспределения трети мирового объема поставок, сделать это быстро практически нереально. Поставки СПГ из США не панацея, американцы готовы нарастить их объем до 37 млрд куб. м в следующем году с нынешних 22. Еще 12–13 млрд куб. м ЕС сможет закупить у стран Персидского за­лива (Катар) и Африки (Нигерия).


Альтернативные трубопроводы (Алжир, Ливия, Азербайджан) дадут в совокупности еще 10 млрд куб. м. И остается огромная брешь, кото­рую невозможно закрыть ни возоб­новляемыми источниками энергии, ни сокращением потребления, ради которого лидеры Европы призыва­ют сограждан реже мыться и мень­ше топить свои квартиры зимой.

Но газ — это не только горячая вода в квартирах, а прежде всего топливо на электростанциях и цен­нейшее сырье для химической про­мышленности, в том числе для про­изводства удобрений. Его нехватка больно ударит по всему экономиче­скому потенциалу Запада. Крупней­ший в мире немецкий химический концерн BASF, на котором работают 40 тыс. человек, уже объявил о за­крытии производства, если поставки газа сократятся вдвое.

Критическая ситуация склады­вается в сельском хозяйстве: Западу пришлось смягчать запрет на экс­порт калийных удобрений из России и Белоруссии, чтобы не остаться в этом году без урожая. Притчей во языцех стали введенные повсюду в Европе нормы отпуска муки и подсолнечного масла покупа­телям в супермаркетах.

Экономисты бьют тревогу: из-за санкций мир оказался на пороге глобальной рецессии. Ее следствием может оказаться не менее глобаль­ный кризис мировой экономики с последствиями гораздо более раз­рушительными, чем в 2008 году.


Провал экономического блицкрига

По прогнозам Всемирного банка, при­нятые Западом меры приведут к паде­нию российского ВВП в 2022 году на 11,2% и нулевой динамике в 2023м. Рост инфляции в стране ожидается на уровне 17–20%, а потребительские цены уже выросли почти на 10%.

И тем не менее экономика не рух­нула в пропасть, хотя именно на такой исход рассчитывали на Западе. Население не бросилось в банки снимать наличность, ажиотажный спрос на ряд товаров федеральные и местные власти в кооперации с бизнесом сбили в первые же дни, коллапса банковской системы не случилось, массового закрытия производств и угрожающего роста безработицы удалось избежать.


Уже к середине марта правитель­ство подготовило антикризисный план на 1 трлн руб. Более 100 инициатив этого плана предусматривают поддержку наиболее пострадавших от санкций государ­ственных и частных предприятий, а также населения. Решительные действия ЦБ РФ по повышению клю­чевой ставки, переходу на внутрен­нюю систему совершения платежей, ограничению продажи валюты и временному закрытию работы фондового рынка быстро сбили спе­кулятивную волну, подобную той, что накрывала российские финансы в годы предыдущих экономических кризисов и приводила к резкому снижению золотовалютных резер­вов и ослаблению национальной валюты. Сейчас же меньше чем за месяц курс рубля стабилизиро­вался и укрепился по отношению к доллару и евро. Сыграл здесь роль и переход на рубли в расчетах с «недружественными странами» за поставку энергоносителей. Од­ним словом, как образно выразился президент Владимир Путин на эко­номическом совещании 18 апреля, «стратегия экономического блиц­крига не удалась».

В ситуации, когда многие деловые связи оказались нарушены, России, на первый взгляд, не остается ничего, кроме как полностью заместить выпадающий импорт. Но насколько рационален такой путь?

С одной стороны, с 2014 года наша страна уже приобрела неплохой опыт импортозамещения в одной из ключевых отраслей: продовольствен­ное эмбарго позволило восстановить сельское хозяйство на основе круп­ных агропромышленных комплексов и впервые в истории современной России обеспечить полную продо­вольственную безопасность. С дру­гой — пытаясь создать отечественные аналоги импортных компонентов для промышленности, мы дополнитель­но увеличим нагрузку на экономику, получая при этом не самую каче­ственную и конкурентоспособную продукцию.

В любом случае для перестройки экономики нужно время. Хотя бы полгода, как обозначил премьер-ми­нистр Михаил Мишустин во время своего апрельского отчета в Госдуме. И это самый оптимистический про­гноз. По расчетам экспертов, полная замена импортной составляющей в промышленности возможна как минимум через пять лет.

Каким может быть выход? Скорее всего, нас ждет симбиоз из попыток создать все самостоятельно и высоко­технологичных решений в отдельных, прежде всего экспортных отраслях. Однако есть и повод для оптимизма: практически ежедневно поступают десятки и сотни новостей о создании собственных решений в самых разных сферах, от станкостроения и ИТ до фармакологии и добычи лития (страна столкнулась с его дефици­том после отказа от поставок Чили и Аргентины).

Освободившиеся после ухода западных фирм ниши на рынке, как правило, остаются пустыми недолго: российский бизнес стремительно заполняет лакуны.

Конечно, с точки зрения цены и ка­чества такая продукция пока уступает зарубежным аналогам, но уже оче­видно, что стране удастся избежать дефицита в большинстве отраслей экономики. Клиенты в нынешних условиях готовы платить за одно только наличие продукта на рынке. Производители же, получая повышен­ную маржу, одновременно решают проблему инвестиций.

Крупные игроки, локализуя про­изводство комплектующих, направят деньги на внутренний рынок и нач­нут наконец поддерживать малый и средний бизнес. Благодаря муль­типликативному эффекту в произ­водство будет вовлекаться все больше активного населения, решая одновре­менно проблему безработицы. Со вре­менем все это приведет и к падению цен на товары, и к росту их качества до мирового уровня.


Что же касается сырьевого экспорта (нефть, газ, сельскохозяй­ственная продукция), то здесь ставка должна быть сделана на их глубо­кую переработку. Россия уже имеет неплохие результаты. К примеру, в производстве и экспорте азотных удобрений, крайне востребованных по всему миру в связи с продоволь­ственным кризисом. Эти удобрения являются продуктом глубокой пере­работки природного газа. По такому же пути следует пойти и с нефтью (сегодня она в основном экспортиру­ется в сыром виде, причем продается с большим дисконтом), и с теми же металлами. Для этого необходимо создавать специальные кластеры по переработке ресурсов, резиден­ты которых получат господдержку и налоговые льготы и смогут создавать продукцию с более высо­кой добавленной стоимостью. Это, в свою очередь, позволит нам со­хранить объемы экспорта и добычи ресурсов. А заодно решить ключевую задачу последних десятилетий — наконец-то соскочить с «нефтяной иглы».

Новые союзы

Новые возможности открываются не только в сфере экономики. Факти­чески текущие процессы подводят черту под послевоенной Ялтинской системой и принципами межгосу­дарственных отношений, зафикси­рованных в Хельсинки в 1975 году. Международное право в том виде, в каком оно существовало почти 80 лет, больше не работает. По сути в отношении России и ее граждан за пределами страны перестали дей­ствовать законодательные нормы: можно лишать их права распоря­жаться любыми активами, финан­сами и даже «священной» частной собственностью. На права России в рамках ВТО и других подобных организаций на Западе, кажется, вообще уже перестали обращать внимание.

Пытаясь спасти свою доминиру­ющую роль, Запад, по сути, решил исключить Россию из существу­ющего миропорядка. Причем это решение было принято уже дав­но, иначе как объяснить скорость и скоординированность принятия санкций? Их отличие от всех преды­дущих состоит прежде всего в том, что направлены они не против элит или отдельных структур, а против экономики в целом, всего без ис­ключения населения и затрагивают даже социальную сферу, от культуры до спорта.


Представление о России как но­вой «империи зла» было достаточно успешно интегрировано в мозги западных обывателей, в том числе через главные СМИ современного мира — глобальные соцсети, которые продемонстрировали, как в кратчай­ший срок можно навязать нужную точку зрения миллионам людей. Однако даже при таком беспреце­дентном давлении Россия не превра­тилась в изгоя.

К западным санкциям не присоединились Китай, Индия, Пакистан, Турция, Иран, Бразилия, Мексика и большинство государств Латин­ской Америки, Египет, ЮАР и мно­гие другие страны, чье совокупное население превышает 4 млрд чело­век. Все они продолжают взаимовы­годные отношения с Россией, при­чем все больше переходя на расчеты в национальных валютах, подрывая позиции доллара как единой миро­вой валюты.


Очевидно, что именно в эти точки мира постепенно будут перемещаться российские торговые потоки, в первую очередь экспорт энергоно­сителей и импорт тех товаров, кото­рые попали под западные санкции. Процесс уже начался: Индия, к при­меру, стала активно закупать рос­сийскую нефть, строится газопровод «Сила Сибири — 2» с проектируемой мощностью 50 млрд куб. м в год из месторождений Западной Сиби­ри, выстраиваются новые торговые маршруты.

Дружественные страны полно­стью отдают себе отчет в том, что на месте России может оказаться каждая из них. Вот почему Китай начинает проводить стресс-тесты своей экономики на случай санк­ций. Их возможность отнюдь не гипотетическая: ни для кого не секрет, что Пекин тоже восприни­мается в Вашингтоне как потен­циальный враг, которого рано или поздно попытаются сломить ради гегемонии в Азии. Тем более что на­качанный американским оружием Тайвань делает здесь ситуацию во многом схожей с российской. Это, в свою очередь, закладывает основы еще большего сближения Китая с Россией — союз двух держав сформирует новый центр силы, к которому будут присоединяться те, кто опасается западной экспан­сии. Появляются и другие полюсы: как многосторонние, на основе того же БРИКС, так и двусторонние, например Россия—Индия.

Мир уже не будет прежним: на смену глобализации и доминиро­ванию США и их союзников прихо­дит иной политико-экономический уклад. Какое место займет Россия в этом новом мире? Наша страна уже показала, что готова отстаи­вать свои интересы и безопасность. Теперь предстоит перестроить экономику. Это непростой процесс, но именно таким образом и форми­руются центры силы.



Аналитика на тему