Социально ориентированный нефинансовый институт развития, крупнейший организатор общероссийских, международных, конгрессных, выставочных, деловых, общественных, молодежных, спортивных мероприятий и событий в области культуры.

Фонд Росконгресс – социально ориентированный нефинансовый институт развития, крупнейший организатор общероссийских, международных, конгрессных, выставочных, деловых, общественных, молодежных, спортивных мероприятий и событий в области культуры, создан в соответствии с решением Президента Российской Федерации.

Фонд учрежден в 2007 году с целью содействия развитию экономического потенциала, продвижения национальных интересов и укрепления имиджа России. Фонд всесторонне изучает, анализирует, формирует и освещает вопросы российской и глобальной экономической повестки. Обеспечивает администрирование и содействует продвижению бизнес-проектов и привлечению инвестиций, способствует развитию социального предпринимательства и благотворительных проектов.

Мероприятия Фонда собирают участников из 208 стран и территорий, более 15 тысяч представителей СМИ ежегодно работают на площадках Росконгресса, в аналитическую и экспертную работу вовлечены более 5000 экспертов в России и за рубежом.

Фонд взаимодействует со структурами ООН и другими международными организациями. Развивает многоформатное сотрудничество со 197 внешнеэкономическими партнерами, объединениями промышленников и предпринимателей, финансовыми, торговыми и бизнес-ассоциациями в 83 странах мира, с 286 российскими общественными организациями, федеральными и региональными органами исполнительной и законодательной власти Российской Федерации.

Официальные телеграм-каналы Фонда Росконгресс: на русском языке – t.me/Roscongress, на английском языке – t.me/RoscongressDirect, на испанском языке – t.me/RoscongressEsp, на арабском языке – t.me/RosCongressArabic. Официальный сайт и Информационно-аналитическая система Фонда Росконгресс: roscongress.org.

Новая структура мирового экономического сотрудничества: что стало лучше, а что хуже

Ключевые выводы
Сейчас экономика живет последствиями пандемии, в перспективе будет жить под политическим доминированием

С чем сейчас столкнулись и американская экономика, и большинство европейских экономик: с очень высокой динамикой инфляции. Многие из страны Европейского союза у них инфляция по 9%, у Соединённых Штатов инфляции более 8%. Соединенные Штаты не знали такой инфляции с времен с конца 70х - начала 80х годов, то есть, с того времени, когда Рональд Рейган пришел со своей рейгономикой и запустил очень многие процессы, которые выстроили современную американскую экономику — Федор Войтоловский, Директор, ФГБНУ «Национальный исследовательский институт мировой экономики и международных отношений имени Е.М. Примакова Российской академии наук» (ИМЭМО РАН).

Мы сейчас живем и будем жить ближайшие годы, если не десятилетия, в эпоху абсолютного доминирования политики над экономикой — Константин Долгов, Заместитель председателя Комитета Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации по экономической политике.

Доллар не останется единственной мировой валютой, ну про евро, я думаю, никто всерьез не рассуждает, но доллар точно не останется. Но это очень постепенный процесс. России в этом процессе играет инструментальную роль: и на аграрных рынках и на других рынках, и через развития Евразийского нашего экономического взаимодействия, как бы трудно оно ни шло, но это очень важно, что мы работаем на этом направлении — Константин Долгов, Заместитель председателя Комитета Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации по экономической политике.

Геополитически и геоэкономически Европейский союз, на мой взгляд, существовать перестает, вряд ли он когда-то оправится от этого — Константин Долгов, Заместитель председателя Комитета Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации по экономической политике.

Украинскому кризису можно было найти решение, но эти решения не хотели искать в европейских столицах и, тем более, не хотели искать в Вашингтоне и вот здесь мы видим опять же роль субъективного фактора, который оказывает системное дестабилизирующие влияние на экономику Евросоюза, на отношения России и ЕС, на, в общем-то, ценообразования на мировых на мировом рынке нефти и на ведущих региональных рынках газа — Федор Войтоловский, Директор, ФГБНУ «Национальный исследовательский институт мировой экономики и международных отношений имени Е.М. Примакова Российской академии наук» (ИМЭМО РАН).

Борьба идет на двух фронтах. Первая - за ресурсы и она сейчас будет только обостряться, и она будет только обостряться. А вторая - это за ценности, ну за доминирование в ценностях, это тоже обостряется борьба, потому что никакая Европа там американцам, понятно, не конкурент. Там сплошные гей-парады, там всё нормально с американской точки зрения, за некоторыми исключениями. А вот мы - да. Китай - да. Исламский мир, в известной мере, тоже да и вот здесь это очень серьёзно и надолго — Константин Долгов, Заместитель председателя Комитета Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации по экономической политике.

Время возможностей

Может быть, лучше становится то, что начинает разворачиваться мышление, в том числе, мышление элит и лиц, принимающих решения, в очень конструктивном ключе. В Российской Федерации тоже и, в первую очередь, мы будем ориентироваться на новые рынки, мы будем искать новых партнеров, это трудный процесс — Федор Войтоловский, Директор, ФГБНУ «Национальный исследовательский институт мировой экономики и международных отношений имени Е.М. Примакова Российской академии наук» (ИМЭМО РАН).

Давайте честно, не в каждом конкретном отрезке времени обязательно должно быть и лучше, и хуже. Когда ты катишься с горки, там есть синусоида. Есть понижающий тренд и повышающий тренд. Будем оптимистами долгосрочными: если идет понижающий, то в какой-то момент ты или начнёшь расти или, как минимум, то ли выйдешь, то ли упадёшь, на плато. Наверное, оптимизм может быть в том, что тренд понижающий будет недолгий, что подъём будет более быстрый. Что в процессе этого тренда будет создаваться или понимание, как минимум, ситуации лучшее или уже предпосылки для роста — Артем Мальгин, Проректор по развитию, Московский государственный институт международных отношений (университет) Министерства иностранных дел Российской Федерации (МГИМО МИД России).

Что наиболее значимого: неожиданным для наших контрагентов, так их вежливо теперь называют, это то, что мы год назад стали впервые в истории нетто-экспортером продовольствия, а их в мире по пальцам перечесть, тех стран, которые продают на мировой рынок продовольствия и сельхозпродукции больше, чем с него покупают. Канонический пример этого - Бразилия, но, например, те же Штаты, сейчас не нетто-экспортер, они нетто-импортер продовольствия. Поэтому это самая большая трансформация нашего сельского хозяйства и нашей экономики в целом, которую мы прошли за эти совсем небольшие годы — Сергей Левин, Заместитель Министра сельского хозяйства Российской Федерации.

Проблемы
Переход от глобализма к защите национальных интересов

Наталкиваемся еще на одну проблему в сегодняшней ситуации, когда мы видим переход от глобализма экономики, политики, в сторону, скажем так политики защиты национальных интересов… Это крайне важная вещь. Многие страны, крупные, которые могут себя обеспечить, Америка, и Советский Союз, и Россия - после Советского Союза, это те страны, которые, безусловно, располагают всеми и кадровыми, природными и технологическими ресурсами для того, чтобы себя обеспечивать на долгие годы. И в этом есть огромный потенциал и плюс для страны, но есть и некоторый минус, если задумываться глубже. Это ставит нас в некое положение, когда не нужно думать о взаимопроникновении экономик, не нужно думать о том, чтобы строить экономические альянсы на длинные дистанции, а зачастую подталкивает нас к тому, чтобы мы выбирали и строили наши международные отношения всё-таки с превалированием больше политических каких-то союзов и альянсов — Иван Еремин, Генеральный директор, ООО «ФедералПресс»; заместитель председателя, Общественный совет Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации.

Трудности коммуникаций с партнерами

Промышленность, конечно, оказалась в гораздо более сложной ситуации: мы лишились наших партнеров, с которыми мы работали в самых наукоемких отраслях. Как в этой ситуации нам необходимо поступать? Мы понимаем, что сделать быстрый рывок это достаточно сложная вещь и, наверное, мы не можем сразу идти широким фронтом, что все технологии, которые мы применяли с Запада, мы сможем сами здесь у себя развить и стать, что называется, импортонезависимыми — Владимир Саламатов, Генеральный директор, Исследовательский центр «Международная торговля и интеграция»; председатель Комитета по торгово-экономическим отношениям со странами-торговыми партнерами, Деловой совет ЕАЭС.

Долгие годы мы говорили о повороте на Восток, и это была довольно популярная повестка. Но в реальности, кроме разговоров, зачастую не проходило более глубоких экономических процессов, потому что сегодня сталкиваясь с ведением бизнеса, например, с нашими партнерами в Китае или с другими странами, мы понимаем, что нам приходится преодолевать внутренние “тектонические” процессы. Бизнес просто не готов с обеих сторон моделям, присущим национальным деловым отношениям. Казалось бы, в широкой дискуссии, в паблике декларируется, что мы какая-то страна открыта для инвестиций, сотрудничества с России, но на практике…очень сложно работать с иностранными банками. Декларация одна, а по факту - [иначе]... — Иван Еремин, Генеральный директор, ООО «ФедералПресс»; заместитель председателя, Общественный совет Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации.

Мы вынуждены - ну то есть, хорошо, что нам приходится это делать, это новое направление работы - мы выстраиваем отношения с банками из дружественных стран, мы должны поддерживать эти торговые отношения, выстраивать цепочки финансирования, расчетов. Должен сказать, что ситуация далеко не радужная, как бы нам ни хотелось, наши новые торговые партнёры, я бы не сказал, что их банковские финансовые системы стремятся к тому, чтобы выстраивать с нами отношения. Всё это приводит к тому, что экспортерам в этой новой модели работы приходится смотреть на изменение своих бизнес-моделей, в том числе вертикальной интеграции в логистику: то, что мы сейчас видим, всё больше и больше игроков озаботилось тем, что, например, смотрят на приобретение танкерного флота. Это как один из примеров и одно из следствий того, что происходит — Иван Дунь, Первый вице-президент, Начальник департамента синдицированного и международного финансирования, «Газпромбанк» (Акционерное общество).

Решения
Развитие новых партнерств и экономических зон - Азия, Африка, Ближний Восток

Будет ли развиваться конфронтация военно-политическая Китай - США, на самом деле это на ближайшие 5 лет ключевой вопрос. Потому что мы видим, что это те два кита, на которых пока мировая экономика будет держаться: это американская экономика и китайская экономика. В общем, для нас китайский рынок, азиатский рынки - это очень важно — Федор Войтоловский, Директор, ФГБНУ «Национальный исследовательский институт мировой экономики и международных отношений имени Е.М. Примакова Российской академии наук» (ИМЭМО РАН).

Мы изначально исходили из того, что у наших контрагентов нас не очень ждут, и поэтому нашими ключевыми рынками были сразу выбраны Азия, Африка, Ближний Восток, естественно - три основных региона, и страны ЕврАзЭс, поэтому у нас вследствие этих санкционных трансформаций, ограничений не возникло какой-либо необходимости что-то срочно менять ни в стратегии, ни в тактике. Эти правильно определённые приоритеты позволили нам сохранить динамику даже в этих непростых условиях, мы, по данным на конец августа, экспорт продукции пока увеличился на 15% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, что мало какие отрасли экономики сегодня могут продемонстрировать — Сергей Левин, Заместитель Министра сельского хозяйства Российской Федерации.

Наши партнёры это БРИКС, наши партнеры это ШОС, и мы, россияне, мы должны понять, что через год, через месяц и даже через 10 лет та ситуация, в которой мы находимся, которую предшествующие спикеры так ярко описали, она не изменится. Мы будем жить и работать в жёсткой среде, но у нас масса примеров, когда мы в этой ситуации умеем принимать нестандартные решения и добиваться больших результатов. Я думаю, что мы сумеем это сделать — Владимир Саламатов, Генеральный директор, Исследовательский центр «Международная торговля и интеграция»; председатель Комитета по торгово-экономическим отношениям со странами-торговыми партнерами, Деловой совет ЕАЭС.

На Азиатском рынке другая динамика: здесь легче, относительно легче, прошла пандемия, здесь не было радикальных стратегий зеленого перехода у ведущих стран Азии, но всё-таки были достаточно серьезные меры ограничительные в Китае, у других стран азиатско-тихоокеанского региона, и здесь есть, в общем-то, надежда увидеть очаг восстановления мировой экономики и динамики — Федор Войтоловский, Директор, ФГБНУ «Национальный исследовательский институт мировой экономики и международных отношений имени Е.М. Примакова Российской академии наук» (ИМЭМО РАН).

Наверное, надо не просто искать партнеров, а создавать свободные экономические зоны с зарубежными компаниями, зарубежными странами, для того, чтобы мы могли там, в определенной степени, преодолевать те санкционные ограничения, которые есть, в том числе, и вторичные санкции, то есть идёт разговор о том, что мы должны достаточно существенно переосмыслить вот эти наши промышленные действия, которые мы должны совершить для того, чтобы сохранить высокий технологический уровень уровень в этом секторе — Владимир Саламатов, Генеральный директор, Исследовательский центр «Международная торговля и интеграция»; председатель Комитета по торгово-экономическим отношениям со странами-торговыми партнерами, Деловой совет ЕАЭС.

Я вижу, что перспективы развития взаимного и туристического обмена с нашей стороны тоже могут быть, расширения транспортно-логистической связи, я вижу в этом перспективу, об этом тоже наше правительство договаривается. Товарооборот и партнерство наших компаний в скором будущем увеличится: темпы развития торговли России и Монголии позволяет ставить цель, что в 2026 году товарооборот достигнет 5 млрд долларов. Сейчас 2 млрд, это большая оценка [цель?] и ключевую роль в этом мы будем играть сами, только Россия и Монголия. Важно работать над сбалансированностью двусторонней торговли, решением вопросов, связанных со свободной торговлей — Баттогтох Жавзандолгор, Генеральный директор, Ассоциация выпускников МГИМО в Монголии.